Пятьдесят третий день обучения...

Пятьдесят третий день обучения
не сулил хулахупа кручения,
и ещё леденца,
и от хана гонца,
и подшипников с телом качения.

Подруга — просто некое приятное дополнение к процессу. ЧТО опять‑таки автор изобразил ОСОБЕННОГО в отношении Мастера к ней, если отвлечься от висящих в воздухе авторских деклараций? НИ‑ЧЕ‑ГО. И что особенного, кстати, в использовании ею тех фантастических возможностей, которые упали с неба / возникли из‑под земли? Далее. Вся упавшая‑возникшая команда (плюс примкнувшая к ней Маргарита) всю дорогу, по сути, демонстративно занята развлечением читательской публики. Причём публики, по представлениям автора, весьма и весьма непритязательной.

Должна ли беллетристика развлекать читательскую публику демонстративно?

Если надо захватить внимание ленивого и вялого умом человека, то как же без демонстративности? Две‑три страницы без крючка, активно цепляющего за чувствительные отростки мещанского восприятия, — и вот уже ленивец заскучал, зевнул, захлопнул и отложил. Навеки отложил.

Думающий человек — птица редкая.

Пример НП (др № 37) ↓

Продолжение жёлтой темы.

Автор испросил особо пенного

Днище — во!