Это всё цветочки, не ягодка. Ягодка пришла, когда ежедневник «Потокио» с материалом, рассказывающим о руританских мордоворотах, попал в руки предводителю туристического клуба «Облико Морале», посетившему гостеприимный Квикнем с гражданской женой и двумя любовницами. Оказалось, что туристо до сих пор ничего не слышал о Руритании и потому немедленно заподозрил журналистов в намёках на его державу и даже на крутейших в мире байкеров. /Здесь /

Явившись в красных пантолетах, синих шортах и белой футболке прямо в редакцию ежедневника, он предъявил свой партийный билет, заявил, что является помощником депутата, и потребовал разъяснений. Слегка обалдевшие журналисты поведали ему, что Руритания известна с конца XIX века, была выведена Энтони Хоупом в романе «Узник Зенды», а им всем даже в голову не пришло бы касаться такущей державы и крутейших в мире байкеров, поскольку работникам «Потокио», как и его читателям, интересны совсем другие вещи. Предводитель «Облико Морале», удовлетворённый ответом и четырьмя фирменными комплиментами с автографами первых лиц издания, важно прошествовал на выход... /Здесь /

Обычный квикнемский индивидуум державами не интересуется. Если хотите, единственная интересная для него «держава» — это его личная недвижимость с её обитателями. И уже соседи ему безразличны (когда это не добрые родственники и не редкие друзья, конечно).

Квикнемский человек проживает СВОЮ жизнь — не соседскую, не знаменитостей, не государства и общества, а СВОЮ. Проживает осознанно, с полной ответственностью, суверенно и автономно. (Жизнь собственной семьи из персонально проживаемого в нормальных случаях не исключается.) Такому человеку чужого не надо. /Здесь /

Культурный не прекраснодушен.

Прекрасноравнодушен он. /Здесь /

Даже представители квикнемских властей не живут «государственной жизнью», а всего лишь скромно, без шума, без иллюминации занимаются на работе обеспечением функционирования и развития соответствующих систем.

Страшный‑престрашный Квикнем управляется алгоритмически, никаких искромётных импровизаций обслуживающего персонала в кибернетике здешних государственных процессов не предусмотрено. Что технически не мотивировано, того не будет.

А любая справка здесь выдаётся специальными терминалами после нескольких нажатий на сенсорный экран. /Здесь /

В Квикнеме много от паноптикума, от завораживающего собрания диковин, штуковин и персонажей. И потому...

Аура мира за стеклом, аура мира за массивной дверью с хитрым замком... Да, заметьте, что в «застеколье» всё должно быть либо миниатюрно, либо по меньшей мере музейно‑выставочно, а двери лучше, конечно, быть старинной, как и ключу. Это устойчивые мотивы, вокруг которых сгущаются миры фантастических, авантюрно‑приключенческих, детективных произведений. /Здесь /

Отрывок из рассказа В. Тюнникова «Эти безумные, безумные весенние игры...»:

В рассказе 1993‑го года публикации уродливые и жестокие пришельцы из иных миров через игровой автомат под названием «В космос» проникли в мир пожилой женщины...

СТРАШШШШНО?

«Мне нет», — сказал когда‑то Карлсон. А он не только живёт на крыше, но и будет нашим виртуальным проводником по шкатулкам с секретами, к категории которых так или иначе относятся все игровые автоматы. Впрочем, в нашем измерении Карлсон не Карлсон, а Квиксен из Квикнема. /Здесь /

Наше рамочное повествование шкатулочного стиля сродни рукописи, потерянной в Сарагосе, когда над ней веяли вихри врождённые Карлсона‑Квиксена.

О поле, поле, кто тебя усеял мёртвыми гостями?.. /Здесь /

Приходил к нам мёртвый гость.

Положил в шкатулку кость.

Чтоб шкатулочный рассказ

до костей пробрал всех вас. /Здесь /