Крыницкий:

— Правильно ли я понял вашу мысль? Вы полагаете, что Квиксен, получив по барабану, улетел в долину Брахмапутры? Или в район Кракатау?

Эухений Сопка (сиджей Вулкан):

— Ежели не на Миру или Тау Кита. У него GPS‑трекер был? Он же, кажется, с винтом у нас.

Крыницкий:

— Я бы назвал это пропеллером. А телефон его отключился ещё в Квикнеме. Как утверждают.

Эухений Сопка (сиджей Вулкан):

— Я отдельный трекер имел в виду. Надо у Пружины спросить.

Крыницкий:

— У Пружиной... Нет, лучше у Квика. Чёрт, сколько он ещё будет в туалете торчать?!

Эухений Сопка (сиджей Вулкан):

— Смотря откуда. ★L. 201 ⋆

Крыницкий:

— ...Экие у вас, сударь, фантазии.

Сопка:

— Слыхали, как колибри жужжат? Я практически уверен, что Квиксен с пропеллером не исчез тупенько, а перековался на колибри. И даже могу сказать, при каких обстоятельствах это произошло. Знаете, где стоит рукомойник, на который перековался Рукки Мой?

Крыницкий:

— Кафе «Мистраль»!

Сопка:

— А про сырную тарелку их знаете?

Крыницкий:

— Бри, рокфор, рокамадур, и хаварти, и фрибур.

Сопка:

— Всё знаете. А того не ведаете, что, когда Квиксен уселся там за столик, ему принесли эту тарелочку, дали вилочку и говорят: «Наколи бри, наколи бри...»

Крыницкий:

— Это если бри свежий был.

Сопка:

— А если не?

Крыницкий:

— Если бри не очень свеж, гостю дают топор и говорят: «На, коли бри».

Сопка:

— ɦа‑ɦа‑ɦа‑ɦа‑ɦа!!!!.. ★L. 202 ⋆